Некоторое время назад Михаил Климарев прислал досудебную претензию нашему изданию, посвященную нашему же расследованию о сетке торговли VPN. Отвечая на претензию, мы предложили взять у него интервью, на что он в несколько странной форме согласился, прислав нам текст, обращенный к читателям нашего издания.
Несмотря на то, что интервью было создано без нашего участия, а Михаил отвечал в этом тексте только на те вопросы которые задавал себе сам, а не на те, которые могло бы задать ему наше издание, мы все-таки решили опубликовать этот текст – и вот, по какой причине.
Во-первых, именно так действует свобода слова. Несмотря на то, что Михаил произнес в наш адрес некомплиментарные слова, свободная пресса существует для того, чтобы предоставлять возможность высказаться всем, включая тех, кто эту прессу критикует.
Мы не монополизируем за собой право на правоту и признаем, что, как и любое другое издание, можем ошибаться, но мы заинтересованы в том, чтобы сведения, распространяемые нами, содержали как можно меньше ошибок. Но тот отказ от коммуникации с нами, который избрали некоторые наши коллеги и российские политики, ведет лишь к тому, что мы вынуждены освещать их деятельность без получения пояснений героев наших публикаций, что иногда в глазах людей, о которых мы пишем, делает эти публикации односторонними. Однако это вполне естественный результат их отказа от участия в подготовке материала.
Мы считаем, что Михаил начинает показывать правильный пример своим друзьям и коллегам и призываем последовать его примеру всех героев наших публикаций: от Ильи Пономарева до Евгении Кара-Мурзы и Юлии Навальной. Прекращение игнорирования приведет лишь к повышению качества публикуемых нами материалов и уменьшению переживаний их героев. Героям наших материалов останется заменить монолог диалогом – и успех приблизится еще больше.
Во-вторых, мы считаем, что наши читатели сами разберутся в существующем споре, а для того, чтобы их оценка была адекватной, мы обязаны показать и мнение другой стороны, то есть Михаила Климарева.
В-третьих, мы не считаем Михаила своим «противником». Созданный им «VPN Генератор» – в целом, полезный и нужный проект, поскольку позволяет пробивать опускающийся над Россией железный занавес. Все наши публикации были направлены лишь на установление правды и ничего, кроме правды, и единственное, что беспокоит наше издание, – это качество и безопасность предоставляемых проектом Михаила услуг и прозрачность их условий. Мы убеждены, что, если он возлагает на себя указанную выше задачу по борьбе с железным занавесом, то не меньше нас заинтересован в обеспечении максимальной безопасности тех людей, которые ему доверились. Этот вопрос единственный, который в контексте нашего спора имеет значение, и это единственная причина, по которой мы уделяем внимание его, бесспорно, общественно важной работе.
В-четвертых. Многолетняя дружба и сотрудничество Михаила Климарева и Леонида Волкова общеизвестны, также как и активное участие Леонида Волкова в работе «Общества защиты интернета» (ОЗИ), из которого и вырос проект «VPN Генератор». Наша уверенность в причастности Леонида Волкова к его работе нисколько не порочит непосредственно Михаила Климарева или его работу: скорее, порочит Михаила то, как старательно он открещивается от связи со своим старым другом Леонидом Волковым, но это оставим уже на совести Михаила.
В-пятых, наше утверждение о продаже VPN и даже о спекуляции ключами от сервиса популярными блогерами и СМИ не порочит ни Михаила, ни этих блогеров. Спекуляция товарами и услугами ни в Европе, ни даже в России все еще не запрещены.
В-шестых, Михаил указывает, что мы якобы проиграли «один суд» (имеется в виду суд с Майклом Сиднеем Наки) и не смогли опровергнуть мнение, что «являемся помощниками Путина». Вынуждены разъяснить Михаилу: природа свободы слова и мнений такова, что «мнение» в принципе не подлежит опровержению, причем любое. Например Майкл Сидней Наки имеет право считать нас помощниками Путина, землю – плоской, а себя – журналистом. Ни одно из этих мнений не является правдой, но судебному опровержению они не подлежат. Когда мы инициировали процесс с Майклом Сиднеем, то всего лишь хотели нарушить беседой поток его односторонних оскорблений и поговорить в присутствии независимого арбитра (судьи), надеясь быть услышанными в первую очередь самим Майклом Сиднеем. К сожалению, он проявил фантастический навык говорить и отсутствие навыка слушать. Нам это надоело, и судебную коммуникацию с ним мы решили прекратить в связи с полной бесполезностью как коммуникации, так и самого Майкла Сиднея. Однако хотим подчеркнуть, что при необходимости у нашего издания достаточно ресурсов, чтобы в точно такой же форме поговорить с кем угодно, если иные способы общения будут исчерпаны.
И последнее. Мы уже давно смирились с тем, что для современных российских политиков и активистов единственно допустимыми являются те «интервью», в которых они отвечают на подготовленные ими же вопросы.
Мы приветствуем шаг Михаила, разрушившего стену молчания, но просим быть последовательным, не прятаться за условной «51-й статьей» и ответить именно на те вопросы, которые хотели бы задать ему мы, а не на те, на которые хочет ответить он сам. Ответы на эти вопросы он может выложить на своих ресурсах или же предоставить их нам, и мы обязуемся опубликовать их без какого-либо вмешательства в текст.
Мы осознаем, что ответы на эти вопросы, лежащие, по сути, на поверхности, или даже сам факт нашей заинтересованности помогут Михаилу подготовиться к судебному процессу против нашего издания, но, как было сказано выше, нас интересует лишь правда и ничего, кроме правды. Если из ответов Михаила мы поймем, что неправы, то уточним все ошибочные публикации (и это касается не только Михаила).
Если часть ответов не подлежит огласке в связи с возможными угрозами третьим лицам, то мы готовы выслушать эти ответы в закрытом режиме и обязуемся не публиковать их. В случае, если Михаил убедит нас в своей правоте, мы внесем правки в наши публикации с указанием, что причина изменений не подлежит огласке.
Если же Михаил предпочтет проигнорировать заданные ему вопросы (что скорее всего) или, как в прошлом, ответит на них оскорблениями, то эти и многие другие вопросы мы с ним будем разбирать уже в открытом судебном заседании, если Михаилу это настолько интересно.
Вот перечень вопросов:
1. Принимали ли вы когда-нибудь участие в работе «Общества защиты интернета» (ОЗИ), а если принимали, то в чем выражалось ваше участие и в чем заключается работа ОЗИ?
2. Существуют или нет у «VPN Генератора» платные версии, а если существуют, то как расходуется полученная прибыль?
3. Как связан «VPN Генератор» с платным VPN GEN, который рекламируется в его же канале?
4. На каких юридических основаниях «неформальное сообщество ОЗИ» является членом международной организации ICANN, занимающейся доменными именами, и какими полномочиям обладает ОЗИ в ICANN?
5. Знакома ли Михаилу Климарева фирма FF Clear Path, зарегистрированная в США, штат Делавэр, на которую собираются деньги от продаж в сетке идентичных VPN, распространяемых блогерами и СМИ, в том числе VPN Gen?
6. Существовали ли ранее у «Генератора VPN» планы по его монетизации?
7. Подтвердите или опровергните слова Леонида Волкова о том, что ОЗИ (сообщество единомышленников) является его «третьей финансовой ногой»?
8. Финансировало ли или оплачивало ли ОЗИ когда-нибудь работу Леонида Волкова, занимал ли Леонид Волков в ОЗИ какие-нибудь должности, в том числе неформальные, и в чем заключалась его работа?
9. У сетки блогеров и СМИ, занимающихся продажей VPN и называемых нашим изданием «сеткой Волкова-Климарева», общая инфраструктура и идентичный дизайн, за исключением некоторых графических решений. Прокомментируйте: это благотворительность со стороны вас и управляемой вами компании IEDN, или сотрудничество на возмездной основе? Или блогеры и СМИ, входящие в упомянутую сетку, без получения вашего согласия используют авторские права, принадлежащие IEDN?
10. «Генератор» был создан в 22-м году, Михаил Климарев стал директором в IEDN лишь в три года спустя: в какой организационно-правовой форме существовал «VPN Генератор» с 2022-го по 2025-й годы?
11. Кто такой Андрей Шкиттин и что его связывает с Михаилом Климаревым?
А теперь -- собственно интервью Михаила Климарева, им самим у себя взятое.
